Встречи с интересными людьми
Генрих Эпп – «отец тувинской демократии»
С Генрихом Эппом я познакомился в конце 80-х. Он тогда работал в Политехническом институте. Преподавал сложный предмет – сопротивление материалов. Сокращённо – «сопромат». В ту пору он был депутатом Верховного Хурала Тувы и близко сошёлся с другими депутатами – директором автобазы Минздрава Владимиром Тавберидзе, бывшим министром юстиции Слободчиковым и научным сотрудником Каадыр-оолом Бичелдеем. Вместе они увлекались политикой, а между этим Генрих приторговывал различной мелочью, используя своё положение в партии «Демократическая Россия».
Руководство ДемРоссии часто собирало региональных руководителей в Москве на различные мероприятия. Вот Генрих и ездочился в Москву заодно и за товаром, пользуясь тем, что дорогу и проживание оплачивала партия. Собственно, тогда так жила вся страна. Вот и Генрих научился удачно сочетать политику с бизнесом.
Нужно отметить, что скупым Эпп никогда не был. Он всегда отзывался на просьбы людей. Что очень негативно воспринималось в его семье. Особенно это злило зятя Виктора Тунёва. У нас была заведена традиция собираться у него в офисе на ул. Красноармейской по пятницам после работы. Там собирался весь политический бомонд Кызыла. Обсуждали различные темы, спорили, предлагали различные проекты. Там-то я и познакомился с очень хорошим юристом Димой Кольчиковым, редактором газеты «Центр Азии» Надеждой Антуфьевой, редактором газеты «Содействие-Деткимче» Августой Переляевой и прокурорским работником Татьяной Николаевой. Заходил к Эппу и мой давнишний знакомый Дмитрий Попков.
Помню, кто-то сделал Антуфьевой замечание по поводу её статьи в газете. А она с ходу отрезала: «Купите себе газету и пишите в ней, что хотите!». Кстати сказать, никакой газеты она не «покупала». «Центр Азии» учредил город Кызыл, где верховодил Слободчиков. А её всего лишь назначили гл. редактором. Кстати говоря, Эпп очень уважал Антуфьеву как журналиста. За что – мне до сих пор неведомо. Я всегда считал её посредственной и недалёкой. И немного «не в себе». Ходила по городу одетая, как попугай. Что же до газеты, то её фактически содержал город. А когда на смену мэров-демократов пришёл Д.Донгак, умеющий считать деньги, он просто подарил Антуфьевой эту газету, перестал её финансировать и отключил телефон. Антуфьева ещё какое-то время пыталась пристроиться к республиканской власти, но это успеха не имело. Шериг-оол Ооржак был человеком твёрдых взглядов. Как следствие – газеты «Центр Азии» больше нет. Она какое-то время держалась на плаву, издавая мемуары в книге «Люди Центра Азии», но и этот проект оказался нежизнеспособным.
Почти то же самое случилось и с единственной в республике двуязычной газетой «Содействие-Деткимче», которой «рулила» Переляева. Газета так и не нашла своего читателя. Благодаря связям Эппа Москва полностью оплачивала типографские расходы и зарплату редакции. Но газета была неинтересной. Так что почти весь тираж газеты сваливался в Доме Печати на первом этаже в гардеробе. И как только федеральное финансирование прекратилось, русско-тувинская газета «Содействие-Деткимче» «приказала долго жить».
Касаясь СМИ, не могу не вспомнить, как мы, Эпп, Тавберидзе и я, в одночасье стали учредителями городского телевидения «Тува-ТВ», которое находилось в плачевном финансовом положении и для продолжения своей деятельности требовало вливания денег. Так мы и сошлись. Скинулись, погасили долги и стали жить дальше, время от времени вливая деньги в кассу. При этом среди учредителей авторитет Генриха был непререкаемым.
Должен отметить, что он был человеком по-своему мудрым и многоопытным. Работал в разных областях, в том числе на железной дороге. Отличался критическим мышлением и ничего не брал на веру со слов. Всегда старался лично убеждаться в предмете, который обсуждался.
У Генриха Эппа была непростая биография гонимого немца. Его принципиальность и несгибаемость всегда не нравилась власть имущим. Так что в Туве он оказался не случайно. Это для него была «тихая заводь», которую он разбудил. В целом с ним было легко общаться – человеком он был одновременно и открытым, и деликатным. И совсем не случайно Генрих стал центром притяжения всех демократических сил в Туве. К нему часто обращались, на него ссылались. Мы его прозвали «Отцом тувинской демократии». Это неожиданно прижилось.
В 1997 году мы задумали своё участие в выборах мэра Кызыла. И у нас получилось. В 1998 году Александр Кашин стал мэром столицы. Когда стали обсуждать команду, которая будет руководить городом, я идти в администрацию первым заместителем Кашина вежливо отказался. И тогда мэр назначил вместо меня сразу двух первых заместителей – Генриха Эппа и Виктора Вусатого. Генрих имел непосредственное отношение к избранию Кашина мэром, он во время выборов был активен и инициативен. А как там оказался ещё и Вусатый – неизвестно. Но всех троих – Кашина, Эппа и Вусатого обоих объединяло то, что у них до этого не было ни малейшего опыта административной работы. У Кашина последним местом работы было кладбище, у Вусатого – армия. В этом плане мой опыт работы первым заместителем начальника Тувглавснаба мог бы быть полезным, но я в мэрию идти не захотел. Поначалу я пытался им помогать, но Эпп и Вусатый воспринимали мои советы как-то враждебно. Им очень хотелось безраздельно управлять денежными потоками. В общем, я не стал с ними спорить и отошёл от этих дел. А вскоре Тунёв стравил моих компаньонов с моим другом детства Сергеем Горевым, и он ушел из «Тува-ТВ». Поэтому мы создали с ним свою газету «РИСК», редакцию которой возглавил Сергей. Но это, как говорится, уже другая история.
Пока мы готовили к регистрации свою новую газету «РИСК», Сергей сочинил криминальный роман, который он назвал «Кто убил Треппа?». Главным героем романа являлся прообраз Эппа, которого по замыслу автора убивает его зять Дуплов. Роман публиковали в газете «РИСК» по частям в течение полугода. И в финале Треппа из пистолета действительно убивает его зять. Интересно, что сам Генрих, читая нашу газету, полагал, что мы просто перепечатываем какой-то роман, чтобы занять пустующее место в газете. А когда я ему всё объяснил, он долго смеялся. Но особого значения сюжету не придавал.
Удивительно, но многие сюжеты романа до деталей совпали с теми событиями, которые происходили перед гибелью Генриха. Сергей Горев оказался провидцем. 21 июля 1999 года в 5.40 утра при выезде с дачного общества четырьмя выстрелами Генрих Эпп был убит. Ехал он в аэропорт, откуда в Москву улетал журналист газеты «Известия» Снегирёв. Этот журналист освещал Чеченскую войну и вообще любил ездить по «горячим точкам». Вот его и занесло в Туву. Они с Генрихом общались незадолго до его гибели. В то время Генрих исполнял обязанности мэра города Кызыл.
Его личная машина, в которой ехал Эпп, затормозила, когда в нескольких метрах от неё прогремел взрыв. В этот момент неизвестные открыли огонь по Генриху Эппу, который от полученных ранений скончался. В результате следствия выяснилось, что Генриха подорвали на толовой шашке, которую списали в МЧС на подрыв льда на Енисее. А убит он был с табельного оружия заместителя прокурора республики, который «исчез» из оружейки Погранотряда. За это убийство осудили одного парня, с которым я потом после его отсидки встречался.
Судя по всему, настоящего убийцу так и не нашли. Я в день убийства возвращался из Новосибирска и находился в Минусинске. Об убийстве узнал из вечерних новостей по центральному телевидению. Прокуратура и МВД рассматривали несколько версий этого преступления. Политические мотивы и причастность к его смерти президента и его окружения там отбросили сразу. Ключевой версией стало убийство на коммерческой почве.
Кое-что об этом мне потом рассказал Кашин, который срочно прервал отпуск и вернулся в Кызыл. Перед тем, как отбыть в отпуск, он разговаривал с Эппом, который опасался за свою жизнь и просил, чтобы Кашин, уезжая, оставил ему свою охрану. Кашин «дал добро», но потом забыл об этом. А охрана Генриху была нужна в связи с тем, что к нему приезжали боевики из Саяногорска с претензией, что его зять получил по протекции мэра Саяногорска (тоже видного политика демократического толка) несколько вагонов дешёвой безакцизной украинской водки, реализовал её, а рассчитываться не спешит. Ему дали неделю для полного расчёта по сделке. Но к тому времени у Тунёва и Эппа возникли серьёзные разногласия, в ходе обсуждения которых Генрих обронил Тунёву, что он уйдёт таким же, как и пришёл, то есть «с голым задом». В общем, к тому времени он уже вышел из-под контроля Эппа и начал играть собственную игру. По этой версии получается, что он за ту дешёвую водку не рассчитался, вот его тестя за это и убили.
Примечательно, что сразу после убийства Эппа Тунёв нанял себе бойцов Вневедомственной охраны, которые его везде сопровождали где-то с месяц. А потом он от них отказался – видимо, погасил долг, рассчитавшись с бандитами за водку. Сейчас гадать, специально Тунёв подставил своего тестя или так сложилось случайно, бессмысленно. Но вышло для него всё очень даже удачно. Вскоре после смерти Эппа он стал хозяином почти всего имущества, принадлежащего тестю. Как он уломал родственников передать всё ему, удивительно. А вскоре он и с дочерью Генриха развёлся. Всё очень похоже на хороший расчёт. Когда Эппа не стало, Тунёв пришёл на поклон к власти и до сих пор с успехом служит ей. От демократа Эппа ему пригодилось только имущество.
Следователь, который вёл дело, спросил Горева: как он так умудрился точно сконструировать убийство литературного героя, что оно совпало с реальностью? Дело в том, что Горев ушёл на пенсию с должности следователя прокуратуры. А ранее, в 1994 году, он признавался лучшим следователем республики. Так что опыт, как известно, не пропьёшь.
Конечно, жалко Генриха. Он был неплохим душевным человеком. Умным, работящим, отзывчивым. Дружил с великими людьми. К примеру, с премьер-министром России Егором Гайдаром. Однажды он организовал встречу Гайдара с Каадыр-оолом Бичелдеем. Правда, насколько я знаю, толку от той встречи не было – Бичелдей Гайдару почему-то не приглянулся. Но, как Вы понимаете, такую встречу мог организовать не любой человек.
Я ещё вспомню об этом.
Всегда с Вами, Сергей Конвиз.