Судебная хроника
Тяжёлое наследие нового прокурора
Всё-таки, какими интересными бывают судебные процессы! Порой в одном заседании узнаешь больше, чем при чтении 100 книг. Вот один примечательный пример. В Кызылском городском суде рассматривалось уголовное дело в отношении сразу двух министров сельского хозяйства Тувы. Вина первого министра состояла в том, что он санкционировал авансовую оплату строительных работ, которую подрядчик выполнил не в полном объёме. Вина второго министра состояла в том, что она исполнила протокольное решение зампреда правительства Уран-оола Ондара о подписании формы КС-3. Дело рассматривал судья В.Т. Кызыл-оол.
В ходе судебного процесса подсудимый А. Дун выступил с заявлением, что уголовное дело было сфабриковано по инициативе действующего главы республики Владислава Ховалыга, так как он добровольно не освободил кресло министра, когда тот заступил на должность в 2021 году. Фактически он обвинил Ховалыга в том, что тот стремился избавиться от тех министров, с которыми он не мог расхищать бюджет. Но не будем вдаваться в такие подробности, поскольку приговор вступил в законную силу и переоценке в рамках публикации не подлежит. Речь пойдёт о другом. Не оспаривая справедливость самого приговора, остановлюсь лишь на том, что к моменту вынесения приговора все работы, за необоснованность оплаты которых осудили Дуна и Монгуш, были закончены. На этом основании подсудимые настаивали на необоснованности взыскания с них материального ущерба.
Действительно: согласно материалам уголовного дела, подрядчик Андрей Шадрин к моменту рассмотрения дела все работы на объекте «Комплексная компактная застройка жилой группы и 14 жилых домов в с. Ак-Тал» выполнил в полном объёме. Он представил министерству сельского хозяйства Тувы объект для приёмки. Но объект принят не был, поскольку в министерстве на тот момент отсутствовал специалист, который мог бы оценить работы и сделать соответствующее заключение. Однако вины подсудимых нет в том, что у министра сельского хозяйства Ю.Оруспая отсутствовал соответствующий специалист, инженер-строитель. А поскольку строительство объекта закончено, подсудимые настаивали, что дополнительное наказание в виде возмещения ущерба незаконно и необоснованно. Но суд доводам подсудимых не внял и вынес приговор, содержащий удовлетворение гражданского иска в сумме 7 799 тыс. рублей. Апелляционная инстанция, не пытаясь вникнуть в суть дела, приговор суда первой инстанции «проштамповала».
А подсудимые, чувствуя свою правоту, не успокаивались. Они обратились с жалобой в кассационную инстанцию Восьмого кассационного суда общей юрисдикции, указывая, в частности, что на момент провозглашения приговора все работы были выполнены в полном объёме, что не было учтено при вынесении приговора.
Однако самое интересное произошло в Кемерово при кассационном рассмотрении дела. Председательствующий огласил ходатайство прокуратуры Тувы о приобщении нового доказательства – ответа министра сельского хозяйства Тувы Ю.Оруспая на запрос прокуратуры Тувы, в котором министр подтверждает, что работы по объекту «Комплексная компактная застройка жилой группы и 14 жилых домов в с. Ак-Тал» были выполнены после вынесения приговора по уголовному делу. Учитывая это обстоятельство, кассационный суд оставил приговор без изменения. Но бывшая и.о. министра сельского хозяйства Л. Монгуш, поражённая коварством министра Оруспая, обжаловала его ответ на запрос, поскольку она знала, что ещё за год до приговора Оруспай со своими подчинёнными ездил на объект, где убедился, что объект полностью закончен ещё до приговора. Но не подписал Акт приёмки только потому, что в министерстве не было соответствующего специалиста. Он подписал Акт только тогда, когда подрядчик заказал и получил заключение строительной экспертизы, подтверждающей выполнение работ.
И вот в Кызылском городском суде сейчас рассматривается административный иск о признании ответа министра Оруспая на запрос зам. прокурора Тувы О. Монгуш некорректным. И об обязании его дать объективный ответ на запрос прокурора.
Следует признать, что министр Оруспай в судебном заседании не стал вводить суд в заблуждение и признал административный иск Л.Монгуш, сообщив, что он лично осматривал стройку в 2024 году и убедился, что работы на объекте закончены. Акт не подписал только по причине отсутствия в министерстве специалиста. Что же до ответа на запрос прокуратуры, то его готовила юрист Минсельхоза под диктовку по телефону сотрудника прокуратуры Тувы, назвавшейся Лианой Монгал. Которая, в свою очередь, заявила, что требует ответ по поручению зам. прокурора Тувы О. Монгуш. Времени на раздумье она не дала, заявив, что ответ требуется «немедленно», так как его необходимо представить в кассационный суд. Поэтому министр подготовленный ответ подписал, фактически не читая.
У представителя Л. Монгуш адвоката А. Язева возникли к представителю прокуратуры очевидные вопросы: почему запрос был устным от имени зампрокурора республики, имеется ли письменная форма запроса и вообще, предусматривает ли действующее законодательство устные запросы в министерства? Ответ был ожидаемым. Представитель прокуратуры Ирина Селин-оол подтвердила, что такая форма запроса, как устная, законодательством не предусмотрена. При этом она отметила, что искала, но не нашла регистрацию ответа Минсельхоза в прокуратуре Тувы. Так что самого обжалованного ответа министра в прокуратуре не имеется. И его регистрация входящей корреспонденции отсутствует. Выяснить у зампрокурора О.Монгуш обстоятельства запроса в Минсельхоз она не успела в связи с занятостью зампрокурора.
В общем, оказалось (если верить на слово представителю прокуратуры) прокуратура Тувы работает, как частная лавочка. И по ходу рассмотрения уголовного дела подтасовывает доказательства, представляя в суд ответы должностных лиц на несуществующие запросы, дабы добиться желаемого результата. Саму Монгал опросить в суде пока не удалось. Но при повторном заседании выяснились другие любопытные нюансы. Представитель прокуратуры внесла в материалы дела копию судебного заседания Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 05.02.2026 года, заверенную почему-то не архивом суда, а председателем Кызылского городского суда О. Дондупай. При этом само уголовное дело находится в архиве. Думается, прокуратура Тувы даст правовую оценку тому факту, что председатель суда по устному запросу заверяет таким образом материалы уголовного дела, вместо того, чтобы истребовать это дело из архива и представить в судебное заседание по административному делу.
Само административное дело не такое уж сложное. Министр Оруспай в своём ответе признал, что дал на устный запрос некорректный ответ. Он фактически подтвердил обоснованность претензий административного истца. Но вопрос в другом. Думается, нового прокурора республики Е.Б. Ботвинкина удивит, как его работники «шьют» уголовные дела, принуждая министров к дате нужного им ответа, а председателя суда – к заверению материалов дела вместо архива и без соответствующего запроса.
Сказать, что эти случаи на что-то сильно повлияли, нельзя. Думается, судья городского суда даст всем фактам надлежащую оценку. Дело в другом. Как можно прокуратуру превращать в частную лавочку и подобными методами задним числом «подправлять» материалы уголовного дела? А заодно неплохо бы проверить, почему такие, как Монгал, так вольготно чувствуют себя в нашей прокуратуре? Кто позволяет им фабриковать уголовные дела?
Мы понимаем, что не действующий прокурор набрал этих работников – они достались ему по наследству. Но чистить прокурорские ряды, наверное, придётся. Народ Тувы ожидает от нового прокурора назревшую чистку в его ведомстве. И людей можно понять. Непорядок, когда в ведомстве призванном надзирать за законностью, некоторые непорядочные сотрудники, превышая должностные полномочия, пытаются фабриковать материалы уголовного дела.
Наш корр.