Общение с Борисом Березовским

Когда я в преддверии думских выборов узнал о том, что Борис Березовский стал сопредседателем партии «Либеральная Россия», я загорелся идеей с ним познакомиться. Ни для кого не было секретом, что именно он в 1996 году сумел организовать переизбрание Бориса Ельцина. Хотя в то время рейтинг Ельцина колебался в диапазоне от 3 до 7%. А уже в 2000 году он организовал предвыборную кампанию Владимира Путина, у которого рейтинг на тот момент был таким же, как у Ельцина.

Широко известна фраза Березовского о том, что если будет нужно, он организует успешное голосование в России даже за обезьяну. В общем, Березовский в стране был известным успешным политтехнологом. И его участие в руководстве партии «Либеральная Россия» было многообещающим. Надвигались думские выборы, и нужно было поспешать. Поэтому я связался с аппаратом партии и предложил создать в Туве региональное отделение с прицелом на будущие выборы. Там идею поддержали. На меня вышел Виктор Похмелкин и сообщил, какие документы нужно представить для регистрации РО. На организационные мероприятия ушёл месяц, и вот Тывинское региональное отделение партии «Либеральная Россия» было создано. Шёл 2001 год.

На съезде партии меня с подачи моего друга Сергея Горева избрали членом Политсовета партии. Мы регулярно летали в Москву и там обсуждали политические вопросы. Березовский тогда жил уже в Лондоне и участвовал в партийных делах по видеосвязи. В то время это было новшеством. Судя по всему, Похмелкин и Юшенков ждали от Березовского солидные деньги. Но он не спешил раскошеливаться, проверяя их «на вшивость».

Как я понял позже, его идей создателям партии, депутатам Госдумы России Сергею Юшенкову и Виктору Похмелкину совсем было не нужно. Они полагали, что у них и своего опыта достаточно. А вот больших денег на финансирование программ, в том числе и на выборные дела, у них не было. Из оставшихся в России сопредседателей партии солидные деньги имелись разве что у выходца с Урала, сопредседателя партии депутата Госдумы Владимира Головлёва. Но до них он ни Похмелкина, ни Юшенкова не допускал. И самостоятельно по своему разумению финансировал то, что считал нужным. Хотя жадным Головлёв не был. Наверное, просто не доверял им. К примеру, между нами сложились доверительные отношения и мне он в помощи никогда не отказывал. Наоборот, зная, что я выпускаю газету (а дело это совсем не дешёвое), охотно помогал.

К сожалению, Владимир Головлёв был застрелен киллером 21 августа 2002 года во время утренней прогулки с собакой в московском районе Митино, где он проживал. Конкретное имя исполнителя или заказчика официально так и не было установлено. Так что уголовное дело осталось нераскрытым. Впрочем, головлёвских денег было явно недостаточно для финансирования «Либеральной России» на думских выборах, поскольку организовывать агитационную работу нужно было по всей стране. Так что без денег и организационных способностей Бориса Березовского рассчитывать на успех в предстоящих выборах было нереально. И это хорошо понимали в Кремле. Поэтому вокруг личности Бориса Абрамовича закрутилась кутерьма.

Видимо, на сопредседателей партии началось оказываться давление. Конкуренты понимали, что в случае активного участия Бориса в предвыборных делах у партии «Либеральная Россия» у них могут возникнуть серьёзные проблемы. Однажды, в разговоре Борис спросил меня, как я знаю Сергея Шойгу. Я ответил, что мы одногодки, но учились в разных школах. Потом работали заместителями управляющих трестами в одном Главке. Я – в Кызыле, Шойгу – в Саяногорске. Дружбы между нами никогда не было, но отношения были ровные. Тогда я поинтересовался у Бориса, как случилось, что он на выборах во главе «Единства» поставил именно Шойгу. Березовский рассмеялся и сказал, что ему понравилось, как Шойгу выстраивает для МЧС и себя пиар на ровном месте, не имея при этом никаких свершений. Эта его способность дурить общество является главным его козырем. Больше так не может никто. На вопрос, почему бы его не привлечь к нашей компании, он ответил, что главная отличительная черта характера Шойгу – это всегда быть в союзе с действующей властью. Так что нам с ним не по пути.

И вот однажды меня экстренно приглашают в Москву на заседание политсовета. Я прилетел, приехал в Госдуму. Захожу в кабинет депутата Юшенкова, а там уже полно народу. Кроме членов Политсовета, в том числе присутствует и Валерия Новодворская, хотя она в «Либеральной России» никогда не состояла. Она как бы руководила партией «Демократический союз», о которой не было ничего известно. Но при этом она была заметной фигурой на политическом небосклоне России и пользовалась заслуженным уважением. А пригласил её Похмелкин в надежде, что она поддержит его позицию.

Юшенков на правах хозяина кабинета взял слово. Было очевидно, что он чувствует себя отвратительно, ситуация ему не нравится, но его принуждают к подобным действиям. После этого шабаша я подошёл к нему и спросил, зачем он всё это организовал. Он стушевался и сказал, что позже мы встретимся, и он мне всё объяснит. У нас после этого сохранились хорошие отношения, но свою позицию он так и не разъяснил.

А на Политсовете он, сильно волнуясь, пояснил, что Борис Березовский нарушил некие договорённости тем, что дал интервью редактору прокоммунистической газеты «Завтра» Александру Проханову. Чего было делать категорически нельзя. Хотя что в этом интервью было противоречащим линии «Либеральной России», никто объяснить не взялся, но нам нужно отреагировать на это событие. Я потом ознакомился с этим интервью и ничего наносящего вред партии в нём не усмотрел. Невзирая на это, в итоге Березовского исключили из партии, хотя в соответствии с Уставом партии члена Политсовета может исключить из своих рядов только съезд. Я тогда открыто возражал и сделал заявление, что так Юшенков и Похмелкин развалят партию. А без Березовского идти на выборы несерьёзно. На что Похмелкин мне ответил, что в случае исключения Бориса из партии он деньги на выборы для партии найдёт. Тогда я спросил его, а не в АП ли он их будет искать? Похмелкин не ответил. На этом встреча закончилась. Я улетел в Кызыл, понимая, что этот выборный цикл мы потеряли.

Но оказалось, что не всё было потеряно. Спустя некоторое время в Москве сформировалась инициативная группа, недовольная решением Политсовета партии по Березовскому. Поскольку я открыто выступил «против» того решения Политсовета и в целом действий соратников, фактически разрушающих партию, со мной связались и предложили прилететь в Москву для согласования действий. В октябре 2002 года я прилетел в Москву, и мы собрались в Серебряном Бору.

Когда началось обсуждение ситуации, случился захват заложников, пришедших на спектакль «Норд-Ост». Мы по совету Березовского предложили себя на замену заложников, но оперативный штаб наше предложение отверг. В итоге в результате штурма погибло более 120 заложников. Но та экстренная ситуация, которая сложилась вокруг теракта, объединила и сплотила нас. И в том числе и с Борисом Березовским. В итоге мы создали свою альтернативную «Либеральную Россию» под его руководством. Так я поближе познакомился с ним и его окружением. И нужно признать: он вёл себя как настоящий джентльмен. С ним было приятно общаться. Он нестандартно думал и часто принимал неординарные неожиданные решения. Порой звонил мне на сотовый телефон и советовался по разным вопросам, так как он жил в Лондоне и некоторых вещей не знал. Да и люди в партии были разные. Одни – идейные, другие – прагматики, видящие в Березовском тугой кошелёк.

Мы раз в квартал колесили по городам России и проводили Политсоветы. То в Москве, то в Питере, то в Сочи, то в Иркутске или Твери. Кураторы постоянно организовывали конференции с участием местных журналистов, в которых принимал участие и Борис. Это было своего рода политическая агитация. После очередного Политсовета в СМИ публиковались интервью членов Политсовета и самого Бориса Березовского. В общем, форма агитационной пропаганды была выбрана удачно. Как потом выяснилось, вся эта пропагандистская шумиха была нужна Березовскому для получения в Англии вида на жительство. А на сами выборы он уже махнул рукой. Так и случилось. Как только он получил ВНЖ, он связь с Россией потерял. Выборы в Государственную Думу, которые состоялись 7 декабря 2003 года, мы пропустили. Но и в этот раз прогноз Березовского оказался верным. Победителем стала партия «Единая Россия», набравшая всего 37,57% голосов. Так что если бы «Либеральная Россия» участвовала в них, у неё были хорошие шансы на победу. Но следом шли президентские выборы. И Березовский настраивал нас на борьбу.

А в качестве нашего кандидата он привёл к нам бывшего спикера Госдумы первого созыва, прохиндея Ивана Рыбкина. Он инициировал его выдвижение кандидатом в президенты страны. Нам Рыбкин откровенно не понравился, поскольку он постоянно и очень глупо врал. Но перечить Борису никто не стал. Так мы включились в предвыборную кампанию. Но она сразу как-то не задалась. 5 февраля 2004 года в разгар предвыборной кампании, кандидат в президенты РФ Иван Рыбкин куда-то пропал. Он уехал на какую-то важную встречу, пять дней не выходил на связь, а 10 февраля обнаружился в Киеве. Сначала мы подумали, что это хитрый ход Березовского. Однако всё оказалось гораздо сложнее. И в итоге участвовать в выборах он отказался. Событие это стало одним из самых громких политических скандалов того времени. Мы так и не узнали, что стряслось с Иваном Рыбкином – он исчез из политического поля, как будто его и не было. И до сих пор о нём ничего не слышно.

Всегда с Вами, Сергей Конвиз.