Газета РИСК
 Логин: Пароль:

   Регистрация
   Забыли пароль?
   Помощь
 Архив
Архив
газеты
 Новости
События
в Туве
 Объявления
Куплю /
Продам
 Опросы
Наши вопросы,
ваши ответы
 Форум
Дискуссии,
обсуждения
   
Обнаружили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter RSS

Навигация
Случайное фото
Дети прыгают в протоку парка с моста. Раздел: Родной край
Комментариев: 7
Исправь ошибку
Кто на сайте
Вы Анонимный пользователь. Вы можете зарегистрироваться, нажав здесь.
Anonymous Гостей: 23
User Пользователей: 0

Связь установлена risk-inform.ru
Anonymous Гостей: 61
User Пользователей: 0


Версия для печати A- | A | A+ 12pt

№1, 2 апреля 2013 года.


    Творчество читателей
Творчество читателей

Гулливер в стране Нарут

Пятое путешествие

От переводчика с потустороннего

Ну, вот ещё, – скажут возмущённые знатоки. – Нашёл дураков! Да кто же не знает, что по воле автора Джонатана Свифта Лемюэль Гулливер совершил всего четыре путешествия, а не пять. И ни в какой Нарутии он не бывал. И потом, судовой врач, позднее капитан совершал свои удивительные путешествия в XVIII веке, а сейчас какой? И сколько же ему лет? Что-то вы заврались, дорогой товарищ. На это я вот что скажу. Литературные герои не стареют, сколько лет им дал автор, столько им и будет, как говорится, и ныне, и присно, и вовеки веков. Так что и Гулливер во все века – крепкий, закаленный в морских походах человек. Нечего считать нам его годы. Их определил Свифт. И в этом возрасте он приходил и будет приходить к людям всегда.

– Ладно! Пусть будет так. Ну, а в Нарутию-то как Гулливер попал? Что Джонатан Свифт и на том свете пишет, а если пишет, то к вам-то рукопись с потусторонним шрифтом как попала?

А вот так и попала! Сплю, вижу сон. Сидят за столиком Джонатан Свифт и Лемюэль Гулливер. Гулливер рассказывает, а Свифт записывает. Просыпаюсь: какой чудесный сон! А на одеяле сверток лежит. Разворачиваю – какая-то рукопись. С того света, от людей, которых во сне видел. Начал разбираться и через три недели уже всё понимал, а через два месяца начал переводить на русский язык. Не верите? А что же вы поверили в то, что Гулливер через три недели стал понимать, о чём говорят лилипуты, через два месяца заговорил по-лилипутски не хуже, чем их император Голъбасто Момарен Эвлем Гердайло Шефин Молли Олли Гой.

Вот и мне даются знания так же просто. Уж поверьте! Конечно, потусторонний язык очень сложен. Это вам не китайский и даже не японский. Переводить было сложновато, да ещё и сатирика, да ещё и Джонатана Свифта. Я понимаю, что многие остроты в переводе мне не дались (и не могли даться), но я работал с полным усердием и сознанием ответственности перед любознательным читателем.

Гулливер в стране Нарут

Глава первая

После несчастий, пережитых мной в Лжипутии, Бробдингнеге, Лапуту и, наконец, в стране еху и гуингнмов, я твёрдо решил – хватит! Преклонный возраст тоже говорил: «Угомонись!» Но безумная страсть к путешествиям не покидала меня. Я слышал, что у русских есть замечательная поговорка: дураку хоть кол на голове чеши! Ну, кол не кол, а щепка от этого кола скорее всего засела в моём мозгу.

Тут, как назло, подвернулся Вильям Робинсон Младший. Это был, пожалуй, уже прапраправнук того Вильяма, который сманил меня когда-то в очередное путешествие и из-за которого я чуть не погиб ещё в молодые годы. Этот Робинсон был говорун похлеще своего пращура. Он убеждал меня, что теперь не допотопные времена, теперь всё легче и проще, никакие паруса нам не нужны, ракета до цели домчит в считанные часы, а то и минуты. Он брал меня в качестве судового врача, как и его предок, но предупредил, что мои медицинские познания, скорее всего, вовсе не пригодятся. Команда подобрана из самых крепких ребят.

Меня смутить было не трудно. У русских и на этот счёт есть поговорка: «Седина в бороду – бес в ребро». Впрочем, это они о любви к молоденьким дамам так выражаются. Любовь к путешествиям не менее заразна, это я по себе знаю. Короче говоря, я согласился.

Не стану описывать приготовление к путешествию и само путешествие, так как почти ничего не помню. Что-то рвануло под днищем ракеты, и мы взвились в поднебесье и выше, выше... Я потерял сознание – очнулся на какой-то площади. Надо мной склонились двое еху. Они разглядывали меня и говорили на незнакомом мне наречии.

– Килогокла! – сказал уверенно один абориген другому.

– Яслазилан каруд! – презрительно подтвердил другой. И оба, сплюнув, пошли от меня. Я возопил на английском, а потом и на всех других известных мне языках:

– Помогите!

Один из туземцев, наконец, остановился и вернулся ко мне. Я бил себя в грудь и кричал: «Я – Гулливер!» Видимо, моё имя туземцу было известно. Он, с усмешкой взглянув на мой костюм английского моряка XVIII века, уверенно произнёс: – Тситра! – затем величественно ткнул себя в грудь указательным пальцем затянутой в блестящую кожу руки, после этого медленно направил чёрный палец в сторону большого одноэтажного деревянного дом и произнёс командным голосом короля Лилипутии:

– Авалг!

Я понял, что дом – его резиденция и что он по званию не менее чем президент какой-то солидной организации.

Авалг усадил меня на скамью возле памятника какому-то важному господину и произнёс, ткнув в памятник своим блестящим чёрным перстом: «Нинел».

Скоро я понял, что Авалг говорит по-русски, только с вывертами. А когда я это уразумел, мы стали свободно общаться друг с другом. Те, кто читал мои книги о моих приключениях, знают, что я полиглот, и понимание чужих языков для меня не проблема, а страсть моя ко всему новому давно известна во всём мире. Пока Авалг жалобным голосом рассказывал о своих бедах, я рассматривал площадь, на которую, видимо, вывалился из ракеты Робинсона.

Я более внимательно рассмотрел гипсовый памятник человеку в пальто. Лысая голова человека была прикрыта от пыли шапкой. Пыль лежала на плечах статуи и на пьедестале. Смахивать её, как это принято у нас в Британии, никто не спешил. За спиной памятника находился, окрашенный в две краски (белый – верхний этаж, тёмно-серый – нижний; очень символично) Дус, то есть, как я теперь стал понимать, – суд. Сооружать эти учреждения на центральных площадях городов вместо церквей, кои украшали в моё младое время площади перед ратушами (наивные были люди в прежние времена) очень предусмотрительно и разумно. Каждый абориген понимает, что его ждёт, если он разгуляется на этой или какой другой площади. По левую руку монумента находились апартаменты Авалга, по правую – видимо, богодельня, как я позже узнал – почта, туда тянулась густая цепь стариков и старушек за какими-то «компенсациями». Перед лицом монумента возвышалось самое высокое – в три этажа! – правительственное здание. Мой благодетель смотрел на него ненавидящими, наполненными слезами и сдержанной яростью очами.

– Работал, сил не жалел, – жаловался мне несчастный абориген, – две должности нес на себе: был главой законодательной и исполнительной властей. Одновременно. Конечно, за труды и получал, что полагается. Думаете, оценили? Нет! Других выбрали...

Ни в Лилипутии ни в какой другой стране, куда забрасывала меня злая судьба, путешественника, мне не приходилось встречать столь горько обиженных правителей. Только подумайте: совсем недавно все почести и деньги доставались ему, а теперь – другим. Несправедливо! С этим нельзя смириться!

– И не смирюсь! – хрястнул по скамейке, напоминающей рундуки, большого корабля «Добрая Надежда» в триста тонн водоизмещения, на котором я плавал в качестве главного хирурга в молодые годы.

Я робко заметил, что теперь, когда он вырвал главное место в законодательном собрании страны Нарут и имеет офис в этой великолепной одноэтажной избе, можно было бы и успокоиться, пойти на компромисс с теми, кто занял его место по воле народа в трёхэтажном здании.

– Компромисс! – рявкнул правитель и снова погрозил окнам большого дома. Причем кулак его был стиснут так, что большой палец оказался между указательным и средним. Вероятно, в Нарутии, это обозначало высшую степень неприязни. – Никакого компромисса с узурпаторами быть не может!

Я опять робко заметил, что его политических противников избрал народ и, следовательно, ни о какой узурпации власти речи быть не может.

– Ты – дурак! Ничего не понимаешь, как и они, – и он опять ткнул ногтем большого пальца в сторону дома, где он когда-то заседал и получал изрядные деньги.

Слово «дурак» повергло меня в прострацию. За долгие годы службы в британском флоте ещё никто не бросал мне в лицо такого грязного оскорбления.

– Джентльмен не может так говорить с джентльменом, особенно перед зданием суда. В Англии за такие слова по головке бы не погладили.

– Какие такие особенные слова? Да у нас это норма! У нас так даже в газетах пишут, – кипятился Сир-Об (он так себя назвал, я вспомнил, что во Франции так величают государей «Сир» и стал называть его просто Сир, без Об).

Сир протянул мне свежий номер газеты. Когда я взглянул в эту газету, густая краска залила мои небритые британские щеки. Я вспомнил любимую, чопорную газету «TheTimes». Господи! Да никогда, никакого соперника не позволила себе назвать по-хамски эта газета.

– Мы их за всё в дус потянем, – пообещал мне Сир-Об.

– В Британии за такие слова, которыми вы пользуетесь, сидеть бы вам в кутузке и хлебать баланду в одном из исправительных учреждений.

– Это за «дурак», что ли? У нас, если хотите, это слово ласкательное.

Ни в одной стране мне не было так грустно, как в этой Нарутии с её правителем, который считал, что «дурак» это ласкательное слово.

И, тем не менее, чем-то здешний король мне понравился, простотой, что ли?

Ю. Некрасов, переводчик.
Продолжение следует.

(прочитано 614 раз)

http://risk-inform.ru/article_3717.html
+9

 Доска объявлений 
<< Комментарии к статье (Всего: 5) >>
Система определила вас как робота. Если это не так, сообщите администрации.


avatar
Аноним (гость) 05-04-2013 05:00:37   #5 [ru]
Страшно, когда правители принимают народ за быдло! На самом деле у нас вообще чиновники не считаются с мнением народа, народа просто для них нет, И все потому, что все молчат, начиная от интеллигенции.При ее молчаливом согласии Тува катится вниз. 
 
0
avatar
Монгушовна (гость) 04-04-2013 15:23:38   #4 [ru]
Понятно и занятно. Наша реальность. Сегодня одни, завтра другие во власти. Полнейшее отсутствие кадровой политики. Все когтями, зубами готовы глотки перегрызть друг другу, чтобы занять кресло хоть какого-то (по нарутовски) чиновника. Быть приближенным - это так свято, мечта всей жизни для некоторых. Убожество. Спасибо, Башкы. Жду продолжения.
 
+2
avatar
Аноним (гость) 04-04-2013 06:31:20   #3 [ru]
всё очень просто и понятно. прочтите непонятные слова в обратном порядке...
 
+2
avatar
Тандынка1 (гость) 03-04-2013 16:21:48   #2 [ru]
Да, когда не знаешь о ком идет речь, непонятненько...
 
0
avatar
Аноним (гость) 03-04-2013 16:06:33   #1 [ru]
Речь о перипетиях в Туране... Не та здесь публика, чтоб оценить написанное.
 
0

Остальные материалы номера 1:
Материалы по теме:

» Гулливер в стране Нарут (№4, 23 апреля)
» Гулливер в стране Нарут (№3, 16 апреля)
» Гулливер в стране Нарут (№2, 9 апреля)

Материал входит в разделы тематического архива:

up
Свежий номер ::  Архив газеты ::  Форум ::  Юмор ::  Новости ::  Добавить новость ::  Доска объявлений ::  Обратная связь
up
Материалы сайта предназначены для лиц 16 лет и старше. Ответственность за достоверность опубликованных материалов несут авторы. Мнение автора не всегда отражает точку зрения редакции. При полном или частичном использовании материалов, ссылка на газету «РИСК» обязательна. Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «РИСКа» — risk-inform.ru Рейтинг@Mail.ru Счетчик тИЦ и PR